Фото: Эдиль Байсалов, посол Кыргызской Республики в США.
The New York Times опубликовала большой материал о нынешнем экономическом подъеме Кыргызстана. Уже сам факт такой публикации показателен: одно из крупнейших мировых изданий пишет о стране не через привычную призму бедности, миграции или политической нестабильности, а как об экономике, переживающей период быстрого роста.
Бишкек авторы фактически описывают как boomtown: строительные краны, новые жилые комплексы, инфраструктурные проекты, дороги и растущая деловая активность.
Главное объяснение NYT заключается в том, что после начала российско-украинского конфликта в 2022 году существенно изменилась экономическая география Евразии. Часть торговых потоков была перенаправлена через Центральную Азию, и Кыргызстан оказался среди стран, получивших от этого дополнительный экономический импульс.
Отрицать влияние этого фактора было бы неправильно.
Но не менее важно отделить первоначальный импульс от последующего результата.
Возможность сама по себе еще не означает развитие
История знает немало примеров, когда благоприятная внешняя конъюнктура приносила государству дополнительные доходы, но почти ничего не меняла в долгосрочной перспективе.
Деньги уходили в импорт, текущее потребление или спекулятивные активы. Затем внешняя ситуация менялась, и экономика возвращалась к прежней траектории.
Поэтому для Кыргызстана важнее не столько вопрос, почему появился дополнительный финансовый ресурс, сколько то, во что этот ресурс превращается.
За последние годы в стране значительно увеличились налоговые и таможенные поступления, выросли государственные капитальные расходы, ускорилось строительство транспортной и социальной инфраструктуры. По официальным данным, сборы Государственной таможенной службы выросли с 28 млрд сомов в 2020 году до 157,4 млрд сомов в 2025 году. Власти связывают этот результат в том числе с цифровизацией и автоматизацией таможенного администрирования.
И, что важно, часть этих изменений отмечает сама The New York Times.
В материале говорится об улучшении налогового и таможенного администрирования, увеличении государственных доходов, инвестициях в инфраструктуру и росте строительной активности. Глава Кабинета Министров Адылбек Касымалиев также подчеркивает, что экономический рост определяется не только реэкспортом, но и промышленным производством и более эффективным сбором налогов.
Это уже нельзя объяснить одним только изменением торговых маршрутов.
Рост продолжается и в 2026 году
Свежие данные Национального статистического комитета показывают, что в январе-августе 2026 года ВВП Кыргызстана вырос на 11% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. Промышленное производство увеличилось на 8,8%, а особенно быстро росли производство строительных материалов, транспортных средств, химической продукции и нефтепродуктов.
Это важно потому, что международные финансовые институты уже ожидают постепенной нормализации реэкспортной активности. МВФ прямо пишет, что торговые факторы, поддерживавшие высокий рост с 2022 года, выходят на плато, а дальнейшую экономическую активность будут поддерживать крупные инфраструктурные проекты. АБР также отмечает, что по мере нормализации торговли основным драйвером роста становится внутренний спрос, поддерживаемый инвестициями.
Иными словами, первоначальный источник ускорения и сегодняшний механизм роста уже не полностью совпадают.
От торговли к инфраструктуре
Сегодня один из главных вопросов для Кыргызстана заключается в том, сможет ли страна превратить период высокого роста в долгосрочный капитал.
Некоторые признаки такого перехода уже видны.
Строится железная дорога Китай-Кыргызстан-Узбекистан. Продолжается модернизация дорожной сети и аэропортовой инфраструктуры. Растут инвестиции в энергетику, жилищное и коммерческое строительство, реализуются новые государственные инфраструктурные проекты.
Отдельно важно развитие энергетического сектора. Дефицит электроэнергии на протяжении многих лет оставался одним из ключевых ограничений для промышленности и крупных инвестиций. Поэтому строительство новых генерирующих мощностей и модернизация сетей имеют значение далеко за пределами самой энергетики.
Если этот инвестиционный цикл будет продолжен, Кыргызстан получит совершенно другую экономическую основу для дальнейшего роста.
Бишкек меняется быстрее, чем мы успеваем это замечать
Одна из интересных деталей материала NYT заключается в том, как авторы описывают Бишкек.
Для внешнего наблюдателя масштаб строительства и инфраструктурных изменений сразу бросается в глаза.
Для тех, кто живет здесь каждый день, многое постепенно становится привычным. Новые автобусы, реконструированные дороги, парки, школы, строительные площадки, жилые комплексы и общественные пространства быстро превращаются в часть повседневного городского пейзажа.
Возникает известный эффект привыкания: изменения происходят постоянно, поэтому мы перестаем воспринимать их как изменения.
Но достаточно сравнить город с тем, каким он был несколько лет назад, чтобы увидеть масштаб преобразований.
Это не означает, что все проблемы решены. Бишкек по-прежнему сталкивается с пробками, загрязнением воздуха, нагрузкой на инженерные сети и быстрым ростом населения.
Но сам вектор изменений трудно отрицать.
География снова становится экономическим активом
Долгое время горное положение Кыргызстана воспринималось скорее как ограничение. Страна не имеет выхода к морю, внутренний рынок небольшой, транспортировка товаров дорога.
Однако сегодняшняя евразийская экономика постепенно меняет значение географии.
Кыргызстан находится между Китаем, крупнейшей производственной экономикой мира, и рынками Центральной Азии, Кавказа, России и далее Европы.
После ввода в эксплуатацию железной дороги Китай-Кыргызстан-Узбекистан транспортное положение Кыргызстана изменится принципиально, а страна получит новую роль в региональной и трансконтинентальной логистике.
Именно поэтому нынешний инфраструктурный цикл имеет стратегическое значение.
Благоприятными обстоятельствами еще нужно уметь воспользоваться
Успешные экономики редко развиваются исключительно за счет внутренних факторов.
Одни страны воспользовались природными ресурсами. Другие своим географическим положением. Третьи близостью к крупным рынкам, переносом производства или новым технологическим циклом.
Поэтому сам факт того, что Кыргызстан получил выгоду от изменения региональной торговли, не является чем-то необычным.
Важнее другое: удалось ли превратить эту выгоду в долгосрочный ресурс развития.
На мой взгляд, именно здесь происходящее в Кыргызстане становится особенно интересным. Государство получило существенно большие финансовые возможности и направляет значительную их часть в капитальные проекты. Это означает, что эффект нынешнего периода постепенно материализуется в инфраструктуре, которая останется в стране и после изменения внешней конъюнктуры.
Риски нельзя игнорировать
Быстрый рост всегда создает и проблемы.
Высокая инфляция требует внимания. Цены на недвижимость не могут бесконечно расти прежними темпами. Внешняя торговля Кыргызстана остается чувствительной к мировой конъюнктуре, ценам на золото и изменениям на ключевых внешних рынках.
МВФ также предупреждает о признаках перегрева и ожидает замедления роста по мере ослабления временных факторов последних лет.
Но для небольшой открытой экономики зависимость от внешнего мира неизбежна.
Главная задача заключается не в том, чтобы полностью исключить внешние риски, а в том, чтобы использовать сильные годы для укрепления собственной экономической базы.
Именно это сегодня имеет стратегическое значение.
Кыргызстан входит в новый этап
Если смотреть только назад, нынешний рост действительно можно частично объяснить изменением торговых потоков после 2022 года.
Если смотреть вперед, картина выглядит шире.
Кыргызстан постепенно формирует транспортную, энергетическую и инвестиционную инфраструктуру, которой стране долгое время не хватало.
Процесс еще далек от завершения. Будут ошибки, споры о приоритетах и сложные решения.
Но направление уже видно.
Если начатые проекты будут доведены до результата, через десять лет Кыргызстан будет страной с совершенно другими возможностями: более надежной энергетикой, новым транзитным положением, современной инфраструктурой, более крупным внутренним рынком и более сильной экономической ролью в Центральной Азии.
Вместо заключения
The New York Times правильно увидела одну важную часть происходящего.
Российско-украинский конфликт действительно изменил торговые маршруты Евразии и дал Кыргызстану дополнительный экономический импульс.
Но дальнейшее уже зависит от самого Кыргызстана.
Именно решения внутри страны определяют, станет ли нынешний период краткосрочным экономическим всплеском или фундаментом для долгосрочного развития.
Пока есть основания смотреть в будущее Кыргызстана с уверенностью.
Страна получила редкое окно возможностей и, судя по масштабу инфраструктурных и экономических изменений, намерена использовать его для перехода на следующий этап развития.